Zeitgeist вернулся — но не так, как мы хотели
ИИ не просто автоматизирует труд. Он автоматизирует монетизацию смысла.
В конце 2000-х «Zeitgeist» был для многих не фильмом, а дверью: внезапно стало видно, что экономика — это не природа, а дизайн. Тогда казалось: технология снимет дефицит, а значит снимет и необходимость превращать жизнь в товар.
Сегодня, спустя годы, я смотрю на ИИ и понимаю странное: часть «Zeitgeist-будущего» наступила — но как будто с неверным знаком.
Venus Project и The Zeitgeist Movement обещали ресурсо-ориентированную экономику, где автоматизация освободит человечество от труда-ради-выживания. Вместо этого мы получили автоматизацию, которая устраняет потоки дохода, пока структуры владения остаются неизменными.
Это не пост о ностальгии. Это о том, почему вопросы, казавшиеся утопичными 20 лет назад, теперь стали инженерными задачами.
Жак Фреско умер 18 мая 2017 года. Проект официально продолжает существовать как организация 501(c)(3) non-profit. Они публикуют обновления, проводят туры и семинары в Venus, Florida.
Важный нюанс: «Venus Project» сегодня — это скорее образовательная платформа + комьюнити + исследовательский центр, а не «строим города завтра». Это можно честно подать как взросление идеи.
У движения до сих пор живой официальный сайт с разделами «Mission / Model / Education / Community». По публичным следам, последняя явно подсвеченная ZDay-страница — 2021 год — то есть движение выглядит менее «массовым», чем в конце 2000-х.
Исторически TZM оформлялось как 501(c)(3).
Создатель «Zeitgeist» сейчас активно продвигает следующую итерацию — Integral — как переходную пост-денежную кооперативную архитектуру.
Это удобная рамка: «TZM как культурный взрыв тогда — Integral как инженерный/организационный ответ сейчас».
ИИ — это не просто автоматизация труда. Это автоматизация «монетизации смысла».
Профессия исчезает не тогда, когда роботу «научили руки». Она исчезает когда:
Это принципиально другой механизм, чем индустриальная автоматизация, которую обсуждал TZM. Заводские роботы заменяли физический труд. ИИ-агенты заменяют всю цепочку создания ценности в работе со знаниями.
Самое показательное — не то, что ИИ «заменяет программистов». Показательнее, что ИИ ломает способы заработка даже у тех, кто стал стандартом.
В январе 2026 создатель Tailwind написал в GitHub-обсуждении, что:
Это новый паттерн: Ты становишься стандартом. Но стандарт перестают «покупать», потому что агент просто молча ставит тебя зависимостью.
Важная деталь для честности: Tailwind Plus — это не подписка, а разовый платёж, и команда публично подчёркивала, что модель не меняется. Проблема не в «плохой подписке» — а в том, что воронка видимости исчезает.
Агенту не нужно читать документацию и видеть коммерческие продукты. Он молча ставит зависимость и генерирует код. Ценность инструмента остаётся. Механизм захвата ценности ломается.
Вот мост:
И вот вопрос для финала: «Если роботы/агенты делают всё — кто владеет роботами, кто распределяет доступ, и где место счастья?»
Этим мы честно признаём риск утопии — и превращаем её в дизайн-задачу, а не в мечту.
Это не выбор между «принять ИИ» и «сопротивляться ИИ». Это признание того, что экономические вопросы TZM больше не философские — это инженерные и политические задачи:
Ни один из этих вариантов не серебряная пуля. У всех есть трейдоффы. Суть в том, что это теперь вопросы реализации, а не философии.
Я начал это эссе с ностальгии — вспомнив Zeitgeist и осознав, что он не умер, он просто стал реальностью с неверным знаком.
Venus Project задавал правильные вопросы: что происходит, когда технология может обеспечить изобилие? Кто решает вопросы распределения? Что придаёт жизни смысл за пределами труда?
ИИ даёт нам сжатый превью этих вопросов. Не в чистой утопической форме, которую представлял Фреско — с круглыми городами и ресурсным планированием. А в грязной форме инженеров, теряющих работу, пока их инструменты становятся популярнее, чем когда-либо.
Вопрос не в том, придёт ли пост-дефицит. Части его уже здесь. Вопрос: мы проектируем распределение, или позволяем ему случиться по умолчанию?
Моя стоическая склонность остаётся: фокусироваться на том, что в моём контроле. Но часть того, что в нашем контроле — это как мы организуемся, что мы строим, и какие вопросы мы настаиваем задавать.
Города Venus Project, возможно, никогда не будут построены. Но вопросы, которые они задавали? На них отвечают прямо сейчас, участвуем мы в этом ответе или нет.
Если эта тема вас заинтересовала, я исследовал связанные вопросы об агентности, детерминизме и том, что значит «решать» в эпоху ИИ:
→ На всё воля транзисторов? Эмерджентность и иллюзия агентности ИИЭта статья создана в гибридном формате человек + ИИ. Я задаю направление и тезисы, ИИ помогает с текстом, я редактирую и проверяю. Ответственность за содержание — моя.